April 23rd, 2010

SuroVen

Музыка душевного созвучия

Мы подаём сигналы, мы ловим ответы. Но возникает ли в итоге межчеловеческой коммуникации необходимое понимание? А ведь, наверное, каждому индивиду так этого хочется! И, видимо, главный вопрос заключается в том, каким образом можно добиться успеха в передаче смыслов?

В околофилософской терминологии можно рассуждать о возможности и реализации субъектно-субъектной связи (С-С-С). А для каждодневного быта это как раз и означает, может ли один человек понять, то есть войти во внутренний мир другого и как, собственно говоря, это осуществить. И насколько в итоге это понимание истинно или иллюзорно?

Средством для коммуникации является оптимальный набор языков, каждый из которых, благодаря своему принципиальному отличию от других, вносит свою толику в построение общей картины. Выражая и отражая посредством разных знаковых систем, человек получает возможность максимально охватить мыслительную и внешнюю реальность для передачи другой персоне.

Не буду касаться таких важнейших аспектов невербального общения как жестикуляция, мимика, биохимия запахов и динамика тактильных контактов. Остановлюсь на звуковой составляющей, которая в обеспечении понимания людьми друг друга играет, на мой взгляд, одну из решающих ролей. За века развитие человеческой активности в звуковой сфере привело к созданию такого специфического вида деятельности как музыка. И это позволяет при передаче смыслов использовать самый широкий спектр: от «мычания и чихания» как выражения простых состояний до сложнейших музыкальных композиций, выражающих как внутренний мир человека, так и его место в окружающем мире. Из этой пирамиды звуков, очеловеченных сознанием, выстроена особая знаковая система, которая играет заметную роль в С-С-С.

Вдобавок, при вступлении в область музыкального творчества и последующем анализе, мы начинаем сомневаться в главной концепции биологии – целесообразности. Ибо музыка, а мы здесь говорим, прежде всего, о европейской академической традиции, суть результат длительного развития, отмеченного усиливающейся рационализацией, поэтому она и воспринимается в рамках культурных кодов. Однако, музыка многих других культур мира не столь автономна и больше связана с такими видами человеческой деятельности как обряды, охота, танцы и прочими синэргическими, ритуальными действиями. Такая музыка стоит в стороне от утончённого процесса отбора чётко выделенных звучаний, и мы можем назвать такую наивную музыку «иммелической». В чистом виде иммелическая тенденция тяготеет к другим принципам творчества и выражения, чем системная музыка, она ближе к звучащей человеческой речи, а следовательно - и к жестам высших млекопитающих, ассоциируемых со звуками.

Но понимание самой музыки, особенностей её воздействия и её роли в коммуникации достигается, тем не менее, вербально. Ведь именно с помощью слова мы можем «закольцевать» мелическую систему и иммелические корни, и далее - связать весь мир звуков с иными языками. Причём, чисто логическими построениями эти процессы описать можно лишь схематично. Слово нам для этого необходимо особое – метафора, то есть появляется поэтическая структура. Ведь ещё Мартин Хайдеггер учил, что «там, где останавливается философия – начинается поэзия».

Наиболее насущно в человеческой практике это проявляется в ситуациях особой потребности во взаимопонимании, например при влюблённости. Недаром, в такие периоды люди пишут или читают стихи, переносят свои чувства на музыкальные произведения. Всё это становится необходимыми источниками энергии или зеркалами, при помощи которых влюблённые выражают и отражают друг друга и добиваются полноты взаимности.

Конечно, преодоление субъектно-объектной оппозиции элементарным образом осуществляется через тело, но для человека эпохи Водолея, у которого обе сигнальные системы требуют своего, этого мало. Субъектно-субъектная связь актуализируется для определённым образом ориентированного сознания, с известной долей приближения говоря - диалектического. Понимание (и владение) осуществляется через постоянно осмысляемый герменевтический круг с ритуально закреплёнными сферами проявлений, возникающими на основе результатов проб и ошибок деятельности.

Круг этот может быть достаточно простым: быт-речь-дело-быт.

Подобная структура характерна для людей, вовлечённых в обычное человеческое существование, не нацеленное на особую продуктивность сознания. Рождение детей и успехи в работе становятся достаточным «цементом» взаимной субъектности.

Но закольцевать сферы можно и достаточно изощрённо, с переходами через трансценденцию:

быт-речь-поэзия-музыка-религия-любовь-секс-спорт-быт.

Каждая сфера в таком круге управляется из последующей, что придаёт не только максимальную проявленность, но и значительную объективность. Такая (или с другими элементами) конструкция возникает у людей творческих, чьи потребности не ограничиваются довольством размеренности бытия. Вот для союза активных в мышлении личностей звуковая и музыкальная составляющие зачастую имеют почти решающее значение. Слов им мало, а понимание с полунамёка подкрепляется как раз музыкой. Мы в состоянии почувствовать, что испытывает при совместном прослушивании близкая нам персона. И часто обмена взглядами хватает для подтверждения субъектно-субъектного проникновения через музыкальное произведение.

Ведь знаковая система музыки, в отличие от оной словесной стихии, более раскованна за счёт абсолютного отсутствия в ней референта. Слово отсылает нас к вещи, предмету или некоему абстрактному представлению. Музыкальный звук же всегда смыслово изначально пуст, и мы сами наполняем его содержанием. При этом происходит процесс соотнесения временнЫх параметров музыки с эмоциональными и мыслительными процессами человека, что в итоге позволило исторически выработать определённую конвенцию. Некоторые параметры соотнесения очевидны: интенсивность, ритм, темп звуковых и психологических проявлений вполне возможно наложить друг на друга.

«Звук играет роль посредника между миром и внутренней реальностью человека. Индивид, раскрывающий себя миру, самоопределяющийся в нём и через него, может преодолеть субъектно-объектную оппозицию: связь, коммуникация устанавливаются через тело. Кроме того, звуки являются возбудителями, пробуждающими или стимулирующими «внутреннюю фантазию», это не просто репродуцирование воспоминаний из сферы сенсорного опыта, а конструирование совсем иных образов, принадлежащих внутреннему миру человека».

Всё, что в словах шведского Нобель-лауреата Рагнара Гранита относится к внешнему по отношению к индивиду миру, вполне работает и в случае входа, прорыва в субъектно-субъектную коммуникацию. Раскрытие себя – серьёзный шаг, но только так можно начать путь к пониманию другого человека. А наработанная веками культура звука и «существующая музыкальная мировая библиотека» позволяют находить видимые той персоне, понимание которой нам требуется как самоцель, необходимые «маячки». Они же, в свою очередь, среди прочих указателей становятся подтверждением истинности проникновения в иную душу. Как нам хочется тогда верить, что рождается человеческий унисон!

KonungsPalais

Je me souviens

the voice

the three

the boat

the gate

the flesh


Вот в таких картинках вышел первый куплет бормотания Лори
на "Метаморфозах" Жана-Мишеля...
  • Current Music
    соответственная
  • Tags
    ,