Category: музыка

Category was added automatically. Read all entries about "музыка".

KonungsPalais

Latvijas Braucienu

Благодаря щедрым итальянцам в последнем квартале 2019-го посетил две балтийские столицы с известными городками-спутниками. В lidosta прилетел шустро, без задержек. Алексей Николаич поймал на выходе, довёз с пересадкой до «жениной» квартиры, попутно переведя агорафоба над трассой. Вручив солнечному козерогу распечатку «Водолея», на три дня погрузился в мир философа-иппотерапевта. В 27-ой масса раскрытых книг, блокнотов и нот, пианино и гитару дополняют физкультурный шар и чайно-кофейные прибамбасы, входную дверь рантьё-психоделик закрывает только при выходе в свет или тьму. Звукоряд постоянен и подобающ - желания переключиться на «свою» музыку не возникало.

Предновогодняя Латвия утопала в мороси, а при отсутствии снегового альбедо и кратком световом дне пасмурь нагоняла мрачности. Однако, ни климатические факторы, ни физическая развинченность не мешали вдыхать флюиды прабабушкиной родины. Испив кофию из выданной адольфовой чашки, под мелодию Паулса в башке в образе Артурса отправился к дюнам на взморье.

Рига же в первый день предстала в вечернем наряде. До арт-подвальчика двигались от Милды мимо старой Гертруды с паузой в каннабической поэзотаверне. А после медленного чтения Платона и бойких сочельничных разговоров из ватолинской галереи дуэт слабовидящих зигзагами дошагал до слокской маршрутки.

Рождественский рассвет посвятил прогулке по Каугури, зафиксировав вертеп у ДК и католический храм. В столицу двинул один, пожалев приболевшего Романова. В Майори автомобильный транспорт сменил на рельсовый. А от главного вокзала, на котором отметился в 1973-ем и в 1982-ом, к намеченному месту встречи с гидом поплёлся по касательной к достопримечательностям. В назначенное время Игоря у статуи свободы не оказалось. Малодушно двинул в дождевой сырости через кусок старого города к юрмальскому микроавтобусу. Но на Райниса раздался бодрящий звонок от Ватолина. Почти три часа «Вергилий» неспешно водил и подробно рассказывал про объекты Вецриги. Из персоналий выделил Рихарда В. периода «Риенци», киношных Шерлока Х. с Вернером П. (по заявке турыста), а также указал на следы бременцев, тамплиеров и других германских орденов, польских и шведских оккупантов. Истории XIX-XX веков коснулись фрагментарно. А деяния Петра Великого отложили на следующее посещение.

По прибытию в Юрмалу запасся сувенирной продукцией и едой-водой. Домашняя стряпня в ходе визита олицетворялась странами оси: итальянистую пиццу с ветчинкой сменили немецкообразные колбаски с гречей, а ингрэдиэнтами японова ужина выступили черкасские йодистые бички в масле(!) и неизбежный рис. Делились разнотемьем мыслей на заставленной кухне, в комнате с компьютером и на курительном балкончике.

В день отъезда по ярославской традиции перешли на аглицкий.       
А. Н. водил по Jaunārīga, акцентировав улицу Альберта, насыщенную зданиями югенд-штиля и мемориями М. и С. Эйзенштейнов и цитируемого в «Тектонике» И. Берлина. Вдарив в
Miit по латте//американо, продефилировали сквозь пассаж в конвент. Покружив по улочкам вокруг Петра, заскочили в автостанцию, где гость пополнил с умом суму суммой подарков. А через приток Даугавы перебрались в цеппелиновы ангары: рынок порадовал хлебом насущным разнообразным. К проводам московского гуляки присоединилась Саченька, добавив трёхдневке тонкие вибрации.

Ссылки на картинки - https://sv-erik.livejournal.com/208547.html

Red

Latvijas Ekspresis (Telegraf)

24.12. 4.53 подъём. Покачивало весь день. В 8 на Киевском в аэрокспресс. 10.30 вылет без задержки из Внукова на Антонине Г. 12.20мск – прилёт в Курляндию. Паспортный проход средней долготы. АР чёток, хоть и больноватый. Весь день морось. Пересадка на маршрутку через «чёртов» мост. Через всю Юрмалу с рассказом. Лечебный центр – место работы А.Р. В дому на 3-м этаже. Кв.27. Вассерманн в подарок. Чашка mit Fuehrer. Выход к морю Артурса мимо лая и украшенных домиков. Утки и вороны на песочке. Магнитик и вода с шоко«Лаймой» (3+2). Рано темнеет. Пиццоеды. 17.25 выезд. Над Даугавой по вантовому. 18.30 - на Райниса. Ad.Ht.-штрассе. Аптека. Капуччино у поэтов-негодяев (Канабис). Старая Гертруда-церква. 19.30-22 чтение Платона у Ватолина с пикировкой до. Рикард – Сократ. Я – Федр. Стол под сочельник. Зигзагами двое брейгелевцев к ж.д. вокзалу. На маршрутке в Юрмалу. Моцарт и Сальери наизусть (АР). Заговаривался.
25.12 подъём 6.30мск. собачонок к курилке у подъезда. Прогулка по Каугури. ДК и вертеп с костёльчиком. 2 завтрака. Посыл Игорю и записка А.Н. Болезного пожалел. 10.30 по Сколас на угол на маршрутку. До Майори у Георгия (выйомываться, узнал позже). Билет – 1.35э. Электричка 11.25 до Рига-пассажиеру. Около 12 там. Пешеход до статуи свободы. Через парк у оперы мимо «Риенци». Кусочек Вецриги (Пётр-ратуша-Роланд). Красные стрелки. По набережной до большого моста. Кофе в пиццерии – 1.50э. Интуитивно к монументу зигзагами. В 13 никого. Дожж. Расстроился. Двинул к вокзалу дугой через старый город. Звонок Ватолина в 13.25. Через 10 минут гид с велосом у Милды. Экскурсия. Вагнер, Холмс и Плейшнер. Рижские немцы и шведы. Кофе у Домского за беседой - 2.20э. Проводил до слокской. Магниты на заправке в Каугури. Магаз – еда и вода. А.Р. встречен на улице у дома тоже с водой. Немецко-японский ужин. Йодистые бички в масле из Черкасс. Посиделки с мыслями на кухне и в малой комнате.
В дому – дверь не закрыта, творческий бардак, музыка – Фельдман, Булез, Бахи-сыны, блюзешник, Хиндемит, авангард прочий. Спал под пианино. Хозяин - рантьё-иппотерапевт и физкультурник-психоделик.

26.12 подъём 7.20мск. А.Н. здоровее. Купаты. В 12 маршрутка. Нацхудмузей. Югенд-стиль на Альберта. В Miit по кофию. Вецрига: пассаж и конвент. По улочкам вокруг Петра. Автовокзал – сувениры (13э). Цеппелиновы ангары – рынок. Закупка еды в «Максиме» (8э). Встреча Сашеньки-«собаки». Проводы. Отправление в 16.50. Выходы: Крустспилс и Резекне. Границы: Зилупе и долгий Себеж.

Jūrmala - https://vk.com/album6333976_270906312
Rīga - https://vk.com/album6333976_270948900
Латвийские лики - https://ok.ru/erik.solovyev/album/892467610793
Mikael

Чижиана

Внутри книжек АнтонИваныча жаждущему логических загадок и разгадок оченно комфортно. Тут и виртуозные зигзаги детективных линий, что приводит к победам над мозговой ленью. И изящная красочная описательность, что радует богатого лексиконом русскоязычного. И техничные диалоги, в которых проявлена связь временнЫх пластов, что придаёт тексту сочности. И аллюзии к разнообразной попсе (включая мусорные массовые словечки и обороты), политичной современности и прочим историчностям, а также литературному процессу (от Уильяма Нашего и Cолнца РП до Виктора Олегыча со Stig`ом Larsson`ом), что заставляет лишний раз улыбнуться. Например, как изящно Чиж порубал в капусту «каренинских» героев, а Аннушку временно воскресил. А чего стоят пение госпелов и блюзов негром Вагнером Лавом в питерской каталажке или появление транскрибированного по-старому Poirot в сестрорецком санатории. В «олимпийском» путешествии уроженца примагнитили географические карты и эстонские реалии конца позапрошлого столетия. Причём в каждой истории находятся и новые языковые fischки (ловитесь, рыбки, читателем). Притом во всём цикле переход в ХХ век в столице Российской империи изображён детально, сословно, многословно и вполне «серебряно». Но стилизация иная, чем, скажем, у Чхартишвили. Неразгаданно же переименование автором некоторых серий эпопеи.


Книги про Ванзарова и Лебедева (как читал по порядку):

Ва-банк для Синей бороды, или Мёртвый шар

Пять капель смерти

Из тьмы

Формула преступления

Опасная фамилия

Тайные полномочия

Лабиринт Просперо

Смерть мужьям

Аромат крови

P. S. Так как про бильярдистов читал в отрыве от остальных – Света М. выдала с похвальной характеристикой года четыре назад, но тогда писателя не выделил – перед продолжением закупок других книжек решил повторить…

  • Current Music
    Лотос - Доктор Ватсон
  • Tags
SuroVen

Delivery Club

На утреннем морозце услыхал в мобиле «буонджорно»,
отбил - номер не в списке, но на подходе к метростанции сообразил, чей глас!
Встретились с А. Н. на Яше в 16 нуль-нуль и посидели на Кузе весьма содержательно.
А до тохо «проявил себя выдающимся организатором». Главное - бойцы не подвели. Андрей уже ранее 11 часов на Охотном ждал. Василёк прибыл даже с запасом (упёртый, меня не послушал, лишний круг сделали к Перову). На склад проникли как на базу NASA (Ангар-18): пропуска, плата, малопонятная логистика среди тьмы подсобных помещений. Работяга из «Мобил букс» отгрузку максимально облегчил, а 500 экземпляров улеглись в багажник BMW. На въезде в Цитадель троицу охрана разбросала по разным подъездам. Саня таки нашёл лазейку в думских подвалах для того, чтобы вкатить тележку в новое здание и лишний раз не перетаскивать книги вручную. В 14 ровно операцию «Ы», разбитую мной на 6 стадий, завершили.
Всему квартету от меня – 5 баллов.
  • Current Mood
    доволен
  • Tags
SV82

В дворянском гнезде

До вотчины маменьки 320 км. Символичный старт в 7.30 с Тургеневской. Омлетик с гренками в угловом Mc на дорожку не зря. Варшавское (странное направление для польской столицы) шоссе перетекло в Симферопольское.  Остановки сразу за границей Подмосковии в районе Крюкова, что не из песни.
В Тульской области Плавск (с Радонежским следом) и Чернь (с монументом двум белым разносмотрящим Николаичу и Сергеичу) из окошка. До Мценска чуть не доехал. При пересечении линии Москва-Харьков вспомнил вид на спасскую дорогу из орловского поезда.
В заповеднике - устный роман от Романа про Иванову жизнь. Мемории о Полине пробирали глаза до мокрого места. Усадьбу и флигель изгнанника отскользил в бахилах. Тот самый внушительный дуб опоясан и больноват. Большой и малый пруды приятственной неспешностью прогулял вокруг. В смешанном лесу изобразил Хоря и Калиныча с берёзовой дубиной. Очередь страждущих к коням отменила коляску с кучером. В Преображенской нюхнул ладана. Ощущал себя Лаврецким в дворянском гнезде.
Перед обраткой пополнил мешочек сувенирами, а брюшко - пельмешками.
Путь в первопрестольную неистовый Володя вырулил на час быстрее! Не за 5, а всего 4 часа до Аннина. Лена из «ВС» - на высоте: руководила и говорила технично.
Программа: https://vs-travel.ru/tour_description1.php?t=1&parent=128&id=16267
Записки фотоохотника: https://ok.ru/erik.solovyev/album/888485958825
https://www.facebook.com/erik.solovyov/posts/2918081081539719?notif_id=1570305505602951&notif_t=feedback_reaction_generic
https://vk.com/album6333976_268796618
SV82

Exegi Monumentum (Оче Гро)

Вступ (answered my questions with questions):

- Что у героя пришедшего уловил в эре, а что от себя придумал?
- Откуда ж я знаю, любой пристальный взгляд принимаю как данность.

- Маг – почему так назвал? Кортасарова в маскулинном варианте?

Выступ (хоть и не хочется из песни слова выкидывать, но жанр!):

По сравнению с текстом, который я использовал для записи 1997 года, тутошнюю миниатюру компилятор крепко расцветил. Радиотеатрального Ивана Акимова помню со всеми словами вплоть до интонаций. А вот звукорежиссура стёрлась. Ясно, что Stephen Richard, но сейчас путаюсь в вариантах, какие пьесы брал и в каких местах войсизации повести.

Трио героев предстаёт в свёртывании-развёртывании. Два других персонажа вовсе не в тени. Проявлены ярко. Троице достаётся на троих.
В связи с патобомовой идеей классифицировал свои три вида трипов. Как ясный роннер (с) развёрнут в предметных путешествиях по глобальным линиям и чистым страницам. Разум осуществляет(ся) (в) прозакционизм(е). Действия в снах проходят без вмешательства. Полусвёрнутость, что ли?! Close Encounters Of The Third Kind, они же алконапои  – отключение до нуля. Но перед схлопыванием сознания безусловные шведские хоккеисты, Штирлиц с Ауэ, Генезис с Крафтверком, Шилов с Купером…

Стив Хаккет поёт о бесконечно длящейся любви – Долгое время переводил название этой песни неправильно, но, строго говоря, поёт в пьесе Randy Crawford J.

Долгие годы нашей дружбы, пусть с провалами и перепадами, приучили меня к его сумасбродству, к его язвительным поступкам, сбивающим как спесь, так и трепет, и к этой постоянной, всепроницающей музыки, без которой он не мог жить. - Мне кажется, что автор так особо и не принимает маговы нарушения размеренности.

Определить их жанр было делом вполне бессмысленным, ибо поэзия Мага напоминала философско-драматическую песнь, проза строилась скорее на ритме, чем на сюжете, а метафизические трактаты укрывали свою ключевую идею в гуле диалектической разноголосицы. – Очень чётко определил J

На улице его погода – хлещет дождь, и раскаты грома сотрясают оконные стёкла. Типичнейшая середина августа. Львиное время. – Второе и третье предложения позже добавил J.

В этом доме всегда было полно друзей и подруг, царила атмосфера преображённого восприятия, а всё происходящее казалось очень значимым и имеющим своё обязательное продолжение. – Потерялось, или отголоски всё же присутствуют L?

Считалось, что я вижу жизнь и людей такими, какие они есть на самом деле (разумеется, потом выяснилось, что это заблуждение, но тот уже ставший далёким возраст был напичкан заблуждениями как океан островами), и потому моей негласной задачей было сохранение порядка в доме и в мире, где мы жили с Магом, который этот порядок постоянно нарушал. – Добавку из скобок можно и отменить J.

Жизнь его, по крайней мере, со стороны, виделась одновременно ясной и непредсказуемой, звёздной и уязвимой, сдержанной и пафосной, интригующей и занудной, к этому необходимо добавить, что он разом слушал не только музыку и собеседника, но и ещё нечто в себе и нечто во всей вселенной. – К исходному вопросу J.

«Психолог вы доморощенный», – порой поддевал я его цитатой из столь любимого нами фильма, на что неизбежно слышал естественное: «А вы писателишка наш задрипанный». – Вот и поговорили J.

Маг начинает говорить – о расставании с Людмилой (кто это? – хотел спросить я, но тут же понял неуместность данного вопроса), о путешествиях и песнях, о людях и тайнах, об изнурении и надежде, именно так, всё как всегда вперемешку, словно пытается обратить слова в континуум, считая, что только тогда у них появится, наконец, какое-то своё уникальное и очевидное значение, как оно есть, например, у музыки. К исходному вопросу опять J.

и так хочется думать, что если уж он не здесь, то пусть будет далеко-далеко, за тридевять земель, но только не поблизости, в сорока минутах езды на городском транспорте, ведь, если он рядом, но не со мной, это и есть лучшее доказательство того, что всё на свете кончается, даже если веришь, что не кончится никогда, как верили мы с Магом все эти долгие-долгие годы, что судьбе не развести нас по разным углам.
– А ведь проработали. Опять развернули.


P.S. WasserMann на перекуре, ибо меня тут и так много.
  • Current Music
    walkin` thru walls
  • Tags
    ,
Mikael

μεταφορά (Диалоги в кабинете д-ра WasserMann`а - logos?)

W: А в поэзии картина иная: возможности для восприятия уже (референция! – перечитывание произведений – скорее, аномалия, - хотя для прозы, пожалуй, это ярче проявляется, чем для поэзии), но безграничны возможности языкотворения. Эти парадоксальные моменты требуют особого внимания. Так же, как и рабочий инструмент поэтического познания – метафора. Эта особа требует к себе особого внимания вдвойне. Ведь слушатель может услышать в музыке (если он ищет смысл, если музыка – язык, если он не претендует на божьи лавры) только то, что есть у него самого. Музыка и слово для него – неразрывная пара, эта пара сама по себе является метафорой (есть «что сравнивается», есть «с чем сравнивается», есть и признаки сравнения – хотя бы привязанность к мышлению; о признаках размышление предстоит ещё впереди). Но и освоение этой пары в голове, а точнее – в слове тоже должно иметь подходящий для этого метод и подходящую форму. И этим методом является, приблизительно говоря, поэзия («там, где кончается философия…», а философия и музыка в паре суть определение человеческого сознания, то есть его пределы), а этой формой является μεταφορά.
П: Поговаривают, что метафора – это наиболее точное определение чего-либо. Так вот чего всё-таки? По-моему, это очень важный вопрос.
W: Безусловно. Жена так и не появляется. «Метафора – это словосочетание в речи, имеющее семантику скрытого сравнения…В метафоре, в её значении, ещё точнее – в самой основе её значения – три элемента: информация о том, что сравнивается; информация о том, с чем сравнивается; информация об основании сравнения, то есть, о признаке, общем в сравниваемых предметах (явлениях)».(5).
П: Тогда метафора является определением этого признака при помощи сравнений двух слов. Слова сравниваются, а определяется признак, то есть, modus?
W: Погодите, я договорю банальности. «Чем больше усилий требует метафора для того, чтобы сознание превратило скрытое сравнение в открытое, тем выразительнее, очевидно, сама метафора».(5). Помните наши негации, формулы с С и Ф? Там речь как раз об этом.
П: Так, значит метафора – это мост между бытиём и словом, словом и музыкой, музыкой и…, словом, мост как таковой?
W: Эк ты запел, мой друг!

(5) Борис Головин. «Выразительность речи».

Часть 2 – Топтание, 1987-1992
Bergman

к ССС (Диалоги в кабинете д-ра WasserMann`а - logos?)

W, П (одновременно): Итак, т.к. преодоление субъектно-объектной оппозиции осуществляется через тело, а понимание этого (а следовательно - и владение) – через герменевтический круг сознания с ритуально закреплённой ориентацией, возникающей на основе результатов проб и ошибок деятельности, то указание на возникновение /включение, прорыв/ субъектно-субъектной связи, о которую изломано столько копий, связано и с наличием вышеуказанной ситуации и с пониманием этого наличия. Таким образом, субъектно-субъектная связь (ССС) актуальна для определённым образом ориентированного сознания, с известной долей приближения говоря, диалектического сознания.
П: Я думаю, что можно также избежать опасения, что из-за определения мы потеряем саму ССС. Ведь «никакого научного познания ( в отличие от ненаучного) не существует: при открытии наиболее достоверных научных положений интуиция, фантазия, эмоциональный тонус играют огромную роль наряду с интеллектом. Наука же есть рационализированное изложение познанного, логически оформленное описание той части мира, которую нам удалось осознать, т.е., наука – особая форма сообщения, а не познания. Задача этого изложения – нахождение общего объективного языка, так как логика наиболее однородной психической функцией людей. Наряду с нею высокой степенью однородности обладают и ощущения: большинство красное видит красным. Потому-то базой объективного языка являются чувственный показ и логическое доказательство»(4).
W: Ты это о том, как мы пытаемся решить нашу проблему?
П: Да, и об этом тоже. Но не забывай, что мы не поём нашу проблему, а говорим о ней. А это, в свою очередь, ещё одно указание на разграничение сфер влияния музыки и поэзии, на их различную роль внутри и вне ССС. Посуди сам: музыка при её ареферентности великолепно структурируема, а значит, обладает конечными возможностями её создания человеком (даже, если это слово уместно в области мелической музыки!). Но в ней поистине безграничны возможности для восприятия – слушаем же мы полюбившуюся нам мелодию годами! И это – при её так называемой ареферентности.

(4) Борис Ярхо. «Методология точного литературоведения».

expert

Шлегелизация (Диалоги в кабинете д-ра WasserMann`а - logos?)

П: Так давайте же изберём это новое направление, ведь поп-струя всегда бьёт из-под ног. Что-то мешает, наверное; не одни мы, право, такие умные. А? Не наличие ли этой мелической системной музыки, которую уже никак из головы не выкинуть? Из песни слова не выкинешь. Кстати, о слове, как-то мы забыли о его патронате над нашей беседой. Ведь с его (и не только его) помощью мы достигаем понимания единства музыки, единства мелической системы и иммелической традиции. Причём, слово, как я понимаю, нам необходимо особое – метафора, то есть, появляется поэзия. «Вся история современной поэзии – непрерывный комментарий к краткому тексту философии: искусство должно стать наукой; и наука должна стать искусством; поэзия и философия должны объединиться»(2).

W: А как присобачить к этому союзу музыку, Вы представляете себе это?

П: Мы вроде перешли на «ты», а намёк на новую связь нам даст и первобытный ритуал, и миф, и Hoffmann, и Wagner, и Yes…Но ты хочешь подкопаться под общий механизм; хотя не следует забывать, что «где останавливается философия – там начинается поэзия».(3).

W: Но пока мы подождём с превращением в златоустов, попытаемся продержаться максимально, ибо «поэзия и философия есть…различные сферы, различные формы или факторы религии. Лишь попытавшись их действительно объединить, вы получите не что иное, как религию».(3). У нас есть Слово, и это слово мы произносим, и это слово произносит нас, и оно звучит, а звук слова - это исподнее поэзии и философии, а исподнее – это иммелическая музыка, и взгляд от первоначального слова из контекста нашей же беседы – это вторжение и философии, и поэзии в иммелизм – это уже мелос, который возвращает нас к зеркалу религии, которая не демонстрирует Господа, но даёт указующий намёк вкупе со всеми тупиковыми преломлениями мысли. Энтропия растёт, и держать баланс между ней и позитивной энергией-информацией реально посредством несколькозначности, параллелизмов, ритуальной смены истолкований. Возможно, от этой банальности мы сможем оттолкнуться дальше?

(2) Friedrich Schlegel, «Критические (ликейские) фраменты».

(3) Friedrich Schlegel, «Philosophie der Geschichte».
Raekass

Мелизм//иммелизм (Диалоги в кабинете д-ра WasserMann`а - logos?)

П: Значит, выход где-то подсказывается в перенесении общего метода, работающего подспудно, на поверхность, к конкретному предмету нашей беседы – к музыке. Неужели мы имеем шанс узреть перспективу музыки?

W: А зачем перспективу? Хотя это нетерпение вполне привычно. Ноя бы хотел узреть саму музыку, даже как язык, но именно тот язык, на котором существует субъектно-субъектная связь. «По всей видимости, мелическая музыка в отличие от речи не является продуктом природы. Это именно артефакт или, как выразился Стравинский, «не что иное, как феномен, порождаемый деятельностью сознания». Можно смело утверждать, что такого рода музыка есть чисто человеческое творение…»(1).

П: Но хорошо, мелическая, иммелическая, а где граница, и о какой музыке мы ведём речь? Совсем путаюсь.

W: Знаменитый нейрофизиолог Ragnar Grandt считает, что, когда мы вступаем в область музыки и музыкального творчества, мы начинаем сомневаться в главной концепции биологии – целесообразности. По его мнению, музыка – это результат длительного музыкального развития, отмеченного яркими открытиями и усиливающейся концептуализацией, поэтому она и воспринимается в рамках культурных кодов. Однако музыка многих других культур мира не столь автономна и больше связана с такими видами человеческой деятельности, как обряды, охота, танцы, и прочими синергическими действиями. Эта музыка стоит в стороне от утончённого процесса отбора чётко выделенных звучаний (чем отличаются вступительные такты бетховенской Девятой симфонии), и мы можем назвать такую наивную музыку «иммелической». «Иммелическое музицирование – это та почва, та основа, на которой каждая культура может избрать направление своего музыкального развития. В чистом виде иммелическая тенденция тяготеет к другим принципам творчества и выражения, чем системная музыка, он как бы ближе к общему корню языка, то есть, к жестам высших млекопитающих, ассоциируемых со звуками».(1). Уф!

(1) - уже не найду, видимо, этот журнальчик((